Наци-Золушка: посудомойка из фаст-фуда стала звездой блогосферы

Сотрудники Центра по борьбе с экстремизмом ГУВД Москвы задержали 22-летнюю безработную москвичку Елену Дружинину. Девушку разыскивали целый год. Как установило предварительное следствие, еще 12 февраля 2008 года Елена разместила в своем блоге одну из глав книги «Бритоголовая Русь-3» под заголовком «Пособие по уличному террору». Вскоре было возбуждено уголовное дело по статье 282 УК России - «Возбуждение социальной ненависти либо вражды».

Цитата из книги (самая миролюбивая):

...Тебе может, к примеру, понравиться тонкое длинное перо, удобно входящее в печень или длинный широкий клинок в брюхе канака, а может, короткий широкий твоего друга, втыкавшийся этому же черному в горло, а может... прислушивайся к своему сердцу — оно подскажет, чем убить.

Эксперты пришли к выводу, что тексты, размещенные Еленой, содержат «открытый призыв к насильственным действиям в отношении представителей неславянской внешности, пропагандирующий идеи нацизма, а также способы и методы насильственной борьбы и преступных действий, направленных против представителей неславянской внешности». Сейчас девушка находится под подпиской о невыезде. Елене грозит до двух лет лишения свободы.

Блогосфера бурлит, причем симпатии явно на стороне г-жи Дружининой, которую аттестуют как пятикурсницу, девушку из бедной семьи, подрабатывающей посудомойкой в заведении фаст-фуда. Короче, комсомолка и просто красавица. Сама Елена божиться, что разместила пост по глупости – якобы, чтобы поднять авторитет своего ЖЖ. Пособие, кстати, представляет собой детальную инструкцию, как проводить групповое нападение с тяжелыми увечьями и возможным убийством жертвы. Плюс дает исчерпывающее описание арсенала уличного оружия, пригодного для этих целей. Эта спецлитература плохо вяжется с образом пушистой и невинной посудомойки. Что на самом деле происходит в блогосфере, рассуждает замдиректора информационно-аналитического центра СОВА Галина Кожевникова.

«СП»: – Галина, как вам кажется, деушка понимала, что размещает в посте?

– Я не верю, что Елена Дружинина не понимала, что выставляет в блоге. В 22 года нужно быть умственно-отсталым, чтобы этого не понимать. Но место обсуждения этой истории – блогосфера, и тут все очень просто. Реально преследование блоггеров началось неправомерно. Первое дело против блогера из Сыктывкара Саввы Тереньтьева – это вообще цирк с конями. (В феврале 2007 года пользователь интернет-ресурса LiveJournal Савва Терентьев оставил на страничке местного журналиста Бориса Суранова нелестный комментарий о работе милиции. Правоохранители, прочитав его мнение, решили, что пользователь их оскорбил, и возбудили уголовное дело. Городской суд Сыктывкара осудил блогера на год условно - прим. ред.) А дальше пошли уже откровенно политические преследования – можно вспомнить дело кемеровского блоггера Соловьева. В Кемерове, напомню, предъявлено обвинение координатору местного отделения молодежного движения «Оборона» Дмитрию Соловьеву, который, по мнению следственных органов, своими высказываниями в блоге ЖЖ возбуждал ненависть и вражду в отношении сотрудников МВД и ФСБ и унижал их человеческое достоинство. Представители «Обороны» убеждены, что дело в отношении их товарища носит политический характер, поскольку в своем блоге он приводил лишь общеизвестные факты. Блогосфера уже привыкла, что блоггеров привлекают не за дело. Потом, специфика блогосферы – очень многие блоггеры не вникают в детали ситуации. Поэтому когда пишут, что «бедная девочка не понимала», и «политические преследования», блоггер не проверяет эти сведения. Они не читают, что за текст она поставила. Но реакция уже готова: ай-яй-яй, ужас, раньше преследовали, теперь вообще кошмар. Тем более, она женщина, что само по себе вызывает отдельные чувства. Между тем, не нужно забывать, что очень активными участниками блогосферы являются правые и ультра-правые. Они хорошо освоили технологии дискредитации следствия и раскручивания спекулятивных историй в выгодном для себя ключе.

«СП»: – В чем заключается эта технология?

– В них условно выделяют три этапа: дискредитация следствия и суда, формирования позитивного образа обвиняемого, и – в случае тяжких преступлений – обнародования личных данных присяжных. В случае с Еленой Дружининой идет вторая стадия – формирование позитивного образа обвиняемого. Правые научились умело пользоваться моментом. Когда в 2007 году прошла серия межэтнических драк сначала в Ставрополе, потом в Москве – на Семеновской площади, в Зеленограде, в Марьино, в блогах поднялся страшный крик: ужас, кавказские банды затерроризировали славянское население. И в этот момент на сайте ДПНИ, на форумах и в блогах была размещена информация, что в Омске казахи избили бедных несчастных русских парней. Которые, разумеется, по чистой случайности оказались руководителями местного отделения ДПНИ. На фоне драк в Ставрополе и Москве получился информационный взрыв: вот, и в Омске теперь славян обижают. Омская прокуратура опровергала это информацию, но ей никто не верил. Местной власти – тоже. Скажем прямо, доверие к власти сейчас не слишком высокое.

«СП»: – А что было на самом деле?

– А там ничего не было. Там было две драки, которые произошли несколькими месяцами раньше, и которые были спровоцированы ДПНИ. А потом это все они подверстали к информационному поводу, сделали хороший пиар – и сформировали положительный образ. К счастью, этот информационный взрыв ни во что не вылился. Я уже не говорю про случай с Анной Бешневой. В сентябре 2008 года в Можайском районе была изнасилована и убита 15-летняя девочка Анна Бешнева. Буквально через несколько дней интернет взорвался, что до сих пор нет уголовного дела, что еще появилось десять изнасилованных девочек. ДПНИ провели два митинга. Потом кто-то подбросил отрезанную голову таджика к управе Можайского района – как месть за это преступление. Все это было раскручено ДПНИ, причем именно через блоги и форумы. Потому что информации не было никакой. Они вбросили ее первыми, и начали на этом спекулировать. История, на самом деле, была еще круче: таджика убили в Подмосковье, нам в СОВУ прислали фото отрезанной головы, и сообщили, куда именно ее подбросят. И через несколько дней ее действительно подбросили к управе. Это было реальное преступление, но ДПНИ его реально раскрутили до масштабов едва ли не этнического погрома. В районе даже рынок были вынуждены закрыть на какое-то время. Это говорит о том, что блогосфера сейчас – самый эффективный инструмент пропаганды ультра-правых. Я уже не говорю о том, что они владеют технологиями выведения в топ своих постов.

«СП»: – Что это за тайные технологии?

– Это не тайные технологии. Они вбрасывают сообщение с припиской: давайте выводить его в топ. А поскольку сторонников у них по всей России много, живут они все в интернете. То перепостить 30-50 раз для каждого такого сторонника – не проблема. Я не понимаю, честно говоря, технологию – сколько раз нужно перепостить, чтобы это вышло в топ Яндекса. Но это довольно быстро можно сделать. Например, Евгений Валяев постоянно в топе держится. Хотя он, по сути, мелкий провокатор.

«СП»: – Кто такой Евгений Валяев?

– Это бывший помощник бывшего депутата Курьяновича, бывший активист ДПНИ. Ныне активист «Русского образа». Он уже не скинхэд – вышел уже из этого цыплячьего возраста. Но есть фото, где они с братом нападают на пикет. Бойцы, довольно известные.

«СП»: – И что, он пишет продуктивно?

– Да, вполне. Я не отслеживаю специально, но вижу, как его новости регулярно выскакивают в ЖЖ. Я видела, как, например, раскручивалось в блогах кампания в поддержку Виктора Макарова по дискредитации следствия. Макаров – саратовский националист. В марте 2009 года Верховный суд подтвердил его приговор за убийство узбека, которое он совершил в конце 2007 года. Убийцу довольно быстро вычислили, был суд, присяжные, обвинительный вердикт. А дальше в блогах началась раскручиваться история: бедный мальчик, у него алиби, он не виноват, из несчастной семьи, мамы-папы нет, только бабушка и дедушка. В интернете появились видеообращения бабушки и дедушки, в которых пожилые люди рассказывали, какой хороший у них внук, что он ничего не делал. Причем обращение было написано очень профессионально. После этого во Всемирной сети были опубликованы фамилии присяжных с припиской – мол, смотрите, какие твари живут в Саратове, письмо Макарова из застенка – как ему там плохо, что он невиновен.

«СП»: – И что, его посадили?

– Посадили, там большой срок, тяжелая статья. Но история крутится до сих пор: бедный несчастный русский патриот страдает.

«СП»: – Вы считаете, история с Дружининой – из той же серии? Что она имела отношение к националистам, и наци защищают ее в блогах технологиями, которые освоили в последние годы?

– Никогда невозможно точно утверждать: имел человек отношение к организованным группам или нет. Но мой личный опыт показывает, что «Пособие по уличному террору» вы просто так в интернете не найдете. Чтобы такие вещи повесить, нужны усилия, заинтересованность человека в этом деле. Вообще, в деле Дружининой идут два параллельных процесса. Первый – реакция блогосферы на то, что уже есть множество примеров неправомерного применения закона к блоггерам, которая накладывается на специфическую особенность блогосферы не вникать в обстоятельства дела. Второй процесс – ультраправые действительно давно освоили блогосферу как инструмент манипуляций общественным мнением. Сейчас невозможно понять, какой из этих процессов доминирует. Если бы было точно известно о связи Дружининой с какой-то националистической группировкой, можно было бы сказать, что эту историю раскрутила группировка. Но если она действует автономно, по убеждению – скорее всего, группировки охотно присоединились к общей кампании. И доминировал некритичный подход блоггеров к информации.

Фото [*]