Е. Сатановский: Ирак поделят на зоны Иран, Турция и курды

Президент США Барак Обама официально объявил о завершении боевых действий в Ираке. «Операция «Иракская свобода» закончена, и иракский народ сейчас берет на себя ответственность за поддержание безопасности в своей стране», – заявил американский лидер в телеобращении из Овального кабинета Белого дома. По словам Обамы, «США заплатили большую цену за то, чтобы вверить будущее Ирака в руки его народа. Вписав эту замечательную главу в историю Соединенных Штатов и Ирака, мы выполнили свои обязательства. Теперь пора перевернуть страницу».

В итоге с 1 сентября 2010 года американцы начинают в Ираке новую миссию. Задачей почти 50 тысяч американских военнослужащих, остающихся в стране, будет оказание помощи местным силам безопасности, а также охрана работающих там соотечественников. И, конечно, самооборона. Однако и эти части должны будут покинуть страну до 2012 года.

Что повлечет за собой уход американцев из Ирака, рассуждает президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский.

«СП»: – Евгений Янович, Обама выводит войска. Он мог поступить иначе?

– Почему президент США выводит войска из Ирака, надо задавать ему. Это его решение – решение популистское, не имеющее никакого отношения к ситуации в Ираке, к будущему Ирака. Это часть имиджа Обамы. Поскольку он обещал, и хочет сдержать свое обещание перед выборами в Конгресс, которые должны состояться нынешней осенью – чтобы хотя бы часть избирателей, при безумно низком рейтинге Обамы, проголосовала за него. Никаких других таинственных причин за решением о выводе войск не стоит.

«СП»: – Что будет в Ираке с уходом американцев?

– Гражданская война. Она в Ираке вступит в активную фазу уже нынешней осенью. Сейчас там пик жары – конец августа и сентябрь для Двуречья не совсем то время, когда воюют. Сейчас копятся силы. Затишье, которое наблюдается и со стороны Аль-Каиды, и со стороны шиитской армии Мухтады Ассадра – это затишье перед схваткой за власть.

Администрации в Ираке не существует. Действующий глава правительства Нури аль-Малики и бывший премьер Айяд Аляви не могут поделить власть и создать правительство национального единства. Сунниты не интегрированы во власть, и попытка ввести их через блок Аляви провалилась. Шииты разделены на шиитов-националистов и шиитов проиранских. При этом у иранцев безусловное преимущество, собственно, правительство Нури аль-Малики – это такой филиал тегеранского руководства. Кроме того, курды практически создали свое государство, пешмерга ( вооруженные силы курдов - ред.) оснащены значительно лучше армии…

Фактически, Ирак будет зоной, разделенной на зону влияния Ирана и, в меньшей степени, Турции. Надо понимать, что на общем ближневосточном фоне грядущий уход из власти и, скорее всего, из жизни, президента Египта Хосни Мубарака (в течение ближайшего года-двух), безусловно, обрушат Египет. Приход к власти радикальных суннитских групп, шиитских групп в шиитском «треугольнике» практически неизбежен.

Практически для всего исламского мира этот вывод войск – поражение США, так же, как и вывод наших войск из Афганистана, был поражением Советского Союза. Никаких других выводов никто в исламском мире по поводу вывода американских войск из Ирана не сделает. На повестке дня – провал американцев в Афганистане: провал в Ираке уже состоялся.

«СП»: – К Ираку демонстрировали интерес наши нефтедобывающие компании. Теперь им придется поставить крест на своих ближневосточных планах?

– С нашими нефтяными компаниями будет все хорошо. Они будут работать, как и газовые компании - на Ямале, в Восточной и Западной Сибири. А если очень повезет – то в Венесуэле. Что касается консорциумов – американского, включающего «Лукойл» и евро-канадского, включающего «Газпромнефть», то тяжелые и не очень выгодные тендеры, которые они как бы выиграли в Ираке, рассчитаны на многомиллиардные инвестиции в течение 20-30 лет. Цыплят по осени считают…

Вообще, нестабильность в Ираке – не более чем небольшая часть общей ближневосточной картины, которая включает близящуюся серьезную войну Ирана и Израиля. Это куда серьезнее для последствий нефтяного и газового рынка. Именно этот фактор тут главный. Если иранцы уничтожат значительную часть нефтяных и газовых месторождений Аравийского полуострова и Двуречья (о чем они открыто говорят), перекроют Ормузский пролив – это сильно поможет российскому бюджету. В конечном счете, мы-то в этом регионе, скорее, конкуренты.

Ну и, разумеется, Аль-Каида и те радикалы, которые пока в Ираке завязаны на американцев, вспомнят о Северном Кавказе и придут к нам.

«СП»: – То есть, вы считаете, на Кавказе также усилится нестабильность?

– Многие границы прозрачны, а мир очень мал. Прозрачная граница между Ираком и Турцией, и прозрачная граница между Турцией и Грузией. А уж дальше через Абхазию, через Чечню или Ингушетию, или на Дагестан. Граница между Ираном и Азербайджаном тоже прозрачна, опять-таки прозрачна прикаспийская граница Азербайджана и Дагестана. Если кто-то думает, что все эти границы очень далеко отстоят от Ближнего и Среднего Востока, от террористов, которые там оперируют большими подразделениями – этот человек ошибается. Все эти границы – мягкое подбрюшье России, наше ближнее зарубежье. Никакого Ла-Манша или Атлантического океана между нами и этими регионами нет. Поэтому – ждем, ждем «гостей».

«СП»: – Эти «гости» появятся до 2012 года или все-таки позже?

– Когда они будут появляться, надо спросить у тех руководителей джамаатов, которые будут отрабатывать эти операции. Появиться, кстати, они могут вовсе не на наших кавказских автономиях, а в Москве или Санкт-Петербурге. Ничего не мешает человеку – причем, необязательно с иранским или иракским паспортом, а с паспортом британским (как приезжали террористы в Израиль) или американским (как сделали террористы, проникшие на Таймс-сквер) – доехать до Москвы.

Отчасти нам везет: наши спецслужбы относятся к ситуации с существенно меньшей политкорректностью, чем европейские или американские. За это их следует поблагодарить: не в пример меньше терактов на территории России, чем могло бы быть, если смотреть по ситуации, что вообще происходит с радикальным исламом и с западным миром.

Для всего исламского мира, повторюсь, вывод из Ирака американских войск – это поражение сверхдержавы. Это даст огромное увеличение количества террористов, в том числе второго-третьего поколения – молодежи с исламскими корнями из Пакистана, арабского мира, живущей в Европе и США. Для этих людей, безусловно, Россия – часть всемирного джихада.

«СП»: – Мы можем на этот процесс повлиять?

– Можем – усиливая агентурную работу, серьезно фильтруя приход радикалов в муфтияты на территории России. Ни в коем случае не заключая соглашение о подготовке муфтиев с квазиспокойными регионами вроде университета Аль–Азхар в Египте, откуда вышла половина идеологов Аль-Каиды. Наконец, давая по рукам тем российским чиновникам, которые не сильно понимая, что они делают, открывают дорогу, так называемым, умеренным исламистам.

Ну и, разумеется, не ввязываться в прямое столкновение с ними. Не вводить никаких войск в Афганистан, например, как бы нас об этом не просили. Максимально поддерживать стабильные режимы в Центральной Азии – и совершенно не важно, как эти режимы борются с радикальным исламом: пулеметами, как Каримов, или чем-то другим, как Назарбаев. Вот чем борются – пусть тем и борются. В рамках демократии приход к власти исламистов – это общеамериканский маразм. Для нас он смертелен.

Из Ирана – в Афган

Благодаря выводу своих войск из Ирака США смогут перебросить необходимые ресурсы в Афганистан для борьбы с «Аль-Каидой», – заявил Обама. Американский лидер при этом выразил решимость не допустить, чтобы Афганистан «снова превратился в опорную базу террористов». «И благодаря выводу наших войск из Ирака, мы теперь сможем использовать необходимые ресурсы для продолжения наступления (в Афганистане), - сказал он. - На самом деле за прошедшие 19 месяцев около десятка главарей «Аль-Каиды» и сотни союзников «Аль-Каиды» из лагеря экстремистов были уничтожены или захвачены в плен во всем мире».

Хозяин Белого дома напомнил, что распорядился направить в Афганистан дополнительный контингент для борьбы с талибами. «Однако, как и в случае с Ираком, мы не можем делать за афганцев то, что они в конечном счете должны сделать для себя сами, - заметил Обама. - Именно поэтому мы занимаемся подготовкой афганских сил безопасности, выступаем в поддержку политического решения афганских проблем».