Ученого уволили за критику учебника по истории

Руководство библиотеки-фонда «Русское Зарубежье» имени Солженицына уволило доктора исторических наук Сергея Волкова и его жену за критику нового учебника по истории России и неодобрительные высказывания о взаимодействии вдовы Солженицына с путинской властью.

Об этом историк написал в своем блоге в ЖЖ:

«Неприятность проистекла, конечно, не из-за критики мною книги «История России. ХХ век», а, скорее, напротив, из-за тех четырех строк в одном из последних абзацев, где я негативно высказался о поведении солженицынской вдовы. Газета «Наша Страна» со ссылкой на эти мои слова поместила заметку, где было высказано предположение, что позиция Солженицына по отношению к нынешней власти в последние годы была связана с влиянием жены», - объясняет Волков «Свободной прессе».

Ученый рассказывает, что когда статья со ссылкой на эти его суждения достигла Москвы, его попросили зайти в отдел кадров «Русского Зарубежья», где известили, что он и его жена увольняются.

- По-моему, совершенно очевидно, что в последние годы властями создается идеологическая схема, призванная на советской основе вобрать и переварить, возможно, большую часть антисоветского патриотического наследия, – рассуждает Сергей Волков. - Постулируемая идея тождества Совдепии требует, естественно, сглаживания и замалчивания антисоветской позиции лиц, чей патриотизм «признан» нынешней властью. (Официальное изучение эмиграции идет в том же ключе: были такие неплохие люди, вдруг оказавшиеся вне России, их в свое время неправильно поняли, а теперь неплохо и вспомнить их наследие).

У меня все это симпатии, понятно, не вызывает, чего я скрывать не счел возможным, как не скрываю своего отношения к идеологическому курсу нынешнего режима.

Мы связались с директором Библиотеки-фонда «Русское Зарубежье» и издательства «Русский путь» - Виктором Москвиным и попросили прокомментировать эту историю. Он категорически отрицает, что ученого уволили за высказывания и что этому способствовала вдова Солженицына.

- Я сегодня почитал об этом в интернете, – говорит Виктор Москвин. - Могу выразить только крайнее удивление. Наш фонд к учебнику, о котором говорит Волков, не имеет ровным счетом никакого отношения, как и к вдове Солженицына.

Действительно, в газете «Наша страна» со ссылкой на Волкова появились его критические выссказывания. Кстати, точку зрения Волкова на двухтомник «История России. ХХ век» я полностью разделяю.

«СП»: - Почему же тогда ученого уволили?

- Он работал по совместительству. Основное место его работы – Российская государственная библиотека. А здесь он, что называется, подрабатывал. Когда сократилось финансирование, мы были вынуждены уволить целый ряд специалистов, которые работали в нашем Доме. И к большому сожалению, Волков один из них. Поэтому очень печально, что Сергей Владимирович – уважаемый ученый и очень хороший специалист пытается спекулировать и, что называется, высасывать из пальца все эти истории.

«СП»: - А как вы отнеслись к тому, что Сергей Волков критикует вдову Солженицына?

- По поводу вдовы Солженицына – это его мнение. Каждый человек имеет право на выражение своего мнения. И если Волков где-то критически относится к словам Натальи Дмитриевны, то это его право. В любом случае, все, что он сейчас затеял, очень странно.

Сергей Волков в свою очередь отмечает, что не имеет никаких претензий к директору дома «Русское Зарубежье» Виктору Москвину.

- Я не подозреваю его ни в каких кознях портив меня. Понятно, что он просто чиновник. Формально мне нечего предъявить. Ну сократили, имеют право. А вдова Солженицына получается и вообще ни при чем.

«СП»: - А как было на самом деле?

- Прямого отношения она, естественно, к Дому не имеет, потому что это учреждение правительства Москвы. То есть формально она там никто, но в реальности имеет определяющее значение. Для нее это учреждение является стартовой площадкой, где она проводит какие-то свои мероприятия. Там находится архив Солженицына по эмигрантам, который он туда передал сам.

Москвин фактически поставлен Натальей Дмитриевной на свою должность. Кроме того он еще и директор издательства «Русский путь», который во многом существует за счет Солженицынского Фонда, которым управляет его вдова. В общем, там есть тысячи нитей, которыми они связаны и благодаря чему Наталья Дмитриевна имеет там всеподавляющее влияние. Во время нашего разговора Москвин как бы между прочим показал мне эту газету и сказал, что жаль, что так написали, что на самом деле все не так.

Наталья Дмитриевна Солженицына и Владимир Путин

«СП»: - А что вы ставите в вину вдове Солженицына?

- Солженицын в последние годы своей жизни согласился редактировать учебник по истории России ХХ века, который готовил Зубов. Потом он стал совсем плох и передал свои обязанности жене. Наталья Дмитриевна стала настаивать на том, чтобы сгладили какие-то острые моменты в учебнике, касающиеся Советской власти, убеждать, чтобы сильно не ругали. Произошел конфликт, в результате которого Солженицын просил, чтобы его имя с учебником не связывали.

Я не одобряю ее поведение в отношении Путина. Я имею в виду их разговор по поводу введения в школьную программу «Архипелага Гулага». Она дала возможность Путину предстать большим фанатом Солженицына, чем она сама. Это было смешно и понравиться не могло. Сам я человек антисоветских принципов, потому Путина и не одобряю. А Наталья Дмитриевна решила вписаться в нынешнюю систему. Такое ее поведение, конечно - лучший подарок нынешней власти. Мне это не понравилось, потому как я считаю, что именно Путин является главным генератором советского ренессанса, который имеет место быть.

«СП»: - Вы лично знали Солженицына, как вы считаете, как бы он воспринял все это?

- Он мало что хорошего от меня слышал, но к какой-то критике всегда относился очень адекватно и спокойно. У меня с ним особых отношений-то не было. По его возвращении мы имели весьма долгую беседу, где я был достаточно откровенен (а по большинству вопросов я придерживаюсь иных взглядов). Он тогда уже понял, что тут никому не нужен, но еще не готов был с этим смириться. Потом как-то звонил поздравить с Рождеством и, так как разговор перешел на Чечню, пришлось сказать, что я думаю о его позиции по этому вопросу (а думал я очень плохо). Он, видимо, обиделся, и потом за все время звонил лишь дважды - спросить конкретные вещи. Но не думаю, чтобы он что-то лично против меня имел. Я его, естественно, очень уважаю, как человека, который восстал против режима, но что касается взглядов вообще, то тут у нас мало точек соприкосновения.