Пустыня Гоби: 23 дня одиночества...

Из величайшей пустыни мира Гоби на родину вернулся Игорь Политико – путешественник, альпинист, специалист по IT. Живет он на Юге России, в Ростовской области. А Гоби пересек на обычном велосипеде и в полном одиночестве. По его словам - искал безлюдные места, слушал музыку ветра и… считал бейсболки по обочинам, которые снесло ветром с голов лихих монгольских мотоциклистов.

Путешествие продолжалось 23 дня, а под колесами байка осталось 1200 км пути, из которых лишь два – по асфальту, попавшемуся в самом конце путешествия в административном центре южногобийского аймака Даландзадагаде.

Когда по сыпучему песку ехать не получалось, он шел пешком, толкая свой велосипед. Позволю себе процитировать фрагмент из записи Игоря в его дневнике: «Личный рекорд - 50 километров волока груженого велосипеда (из них проехал, точнее, пародировал езду не больше 3-4 км) по очень рыхлому песку, с боковым, а затем - против сильного ветра, к вечеру принявшего силу ураганного. К тому же вторую половину дня - в гору. С 8 утра до 8 вечера».

А обычный путь был таким: «Режим движения - с 8.30-9 утра до 17-18-19. Днем остановок обычно не делал, кроме технических (за все 23 дня всего раз пять делал полную остановку минут на 15-20, ложился на землю и отдыхал, когда было слишком тяжело). Если не мог дальше ехать, просто шел пешком. Если трудно было идти даже пешком, останавливался, держа велосипед, съедал несколько конфет, выпивал глоток воды и шел дальше…»

В маршрут Игорь включил малопосещаемые места, среди которых: ущелье Немегет и монастырь Амaр-Буянтын-кхийд («Обитель Спокойной Добродетели»). О них он узнал из книги известного геолога и писателя И. Ефремова «Дорога ветров». Чтобы увидеть Амaр-Буянтын-кхийд потребовалось немало усилий. И снова цитата из записей: «Для того, чтобы попасть в этот монастырь, мне пришлось на протяжении примерно 30 км траверсировать в верхней части огромный подгорный склон - бэль, прорезанный сухими руслами - сайрами. Нужно было многократно спускаться в эти самые русла и потом выволакивать наверх пятидесятикилограммовый груженый велосипед... Встретившийся по дороге пастух на мотоцикле сказал, что воды не будет ни по дороге, ни тем более в монастыре... И день был жаркий, безветренный, и белое солнце пустыни».

При этом, будучи искренне уверенным, что в этом путешествии нет ничего выдающегося:

- Ничего сенсационного. Маленькая частная поездка. Личные партизанские действия…

С большим трудом удалось корреспонденту «Свободной Прессы» уговорить Игоря хотя бы кратко ответить на вопросы.

«СП»: - Насколько мне известно, твое главное увлечение - альпинизм. Как пришла идея пересечь пустыню Гоби на велосипеде, к тому же в одиночестве?

- Я пытался найти необитаемые территории. Места, где живет меньше всего людей. Было бы непоследовательно для достижения такой цели брать с собой спутника. Велосипед обеспечил необходимый компромисс между скоростью передвижения и тем, насколько мое присутствие засоряло ландшафт.

«СП»: - Основные этапы твоего пути?

- 18 августа 2009 года выехал поездом из Ростова-на-Дону в Москву.

С 19 по 24 августа продолжалась поездка на поезде – легендарном транссибирском экспрессе - из Москвы до Улан-Батора.

25 августа вылетел самолетом, прилетел из Улан-Батора в Гоби-Алтай.

С 25 августа по 17 сентября продолжался велосипедный пробег от Гоби-Алтая до Даландзадагада.

И обратный путь: 17 сентября вылетел из Даландзадагада до Улаанбаатара самолетом.

19 сентября выехал поездом из Улаанбаатара до Улан-Удэ.

22 сентября - перелет из Улан-Удэ в Москву.

22 сентября автобусом выехал из Москвы в Ростов. 23 сентября – прибытие домой, в Ростов.

В итоге: три самолета, три поезда, автобус и 23 дня на велосипеде.

«СП»: - Какой промежуток пути (временной, пространственный) оказался самым трудным?

- Предварительный, то есть, подготовка – время между принятием решения о поездке и непосредственно стартом. После старта мне оставалось только двигаться.

«СП»: - Чего в дороге не хватало больше всего?

- Времени. Я с удовольствием продолжил бы поездку.

«СП»: - Это твой первый опыт путешествия в одиночестве? Какие впечатления?

- В силу особенностей моего характера дискомфорта от недостатка общения я не испытывал. А запас прочности на случай аварии или травмы постарался компенсировать за счет технического оснащения и страховки, которая при необходимости должна была покрыть даже мою эвакуацию вертолетом.

«СП»: - Предшествовала ли путешествию какая-то спецподготовка, кроме информационной – физическая, психологическая?

- Я, разумеется, и раньше ездил на велосипеде, но без особого прилежания. Никакого опыта длительных, многодневных велосипедных поездок у меня не было.

«СП»: - Что представляет собой велосипед для путешествий по пустыне, и не подводил ли он во время путешествия?

- У меня был обычный серийный велосипед. Дополнительно я его оборудовал только багажниками для велосипедных рюкзаков — их называют «велоштаны» и купил не самые дешевые покрышки с 5-миллиметровым слоем кевлара — прочного материала, применяющегося, как известно, для изготовления бронежилетов. Это требовалось, чтобы защититься от колючек. Серьезных поломок, к счастью, не было.

«СП»: - Как решались проблемы еды и воды?

- Воду брал из колодцев и вез с собой в пластиковых бутылках. Максимальный срок, на протяжении которого источники воды отсутствовали - 3 дня. Практически всю еду вез с собой из Ростова. Это было не тяжело. Утром я съедал горсть овсянки, а вечером - горсть гречки с изюмом или курагой. Днем — конфеты, запас которых пополнял в поселках, попадавшихся с периодичностью от 3 до 8 дней. Такая диета, полностью лишенная мяса и жиров, позволила свести дневную норму воды к 2-3 литрам.

«СП»: - Как вели себя местные жители при виде европейца на велосипеде среди пустыни?

- С любопытством, но очень доброжелательно. Часто подъезжали на мотоцикле для простого ритуального разговора — кто, откуда, куда...

«СП»: - Что произвело самое сильное впечатление за весь период путешествия?

- Не могу выделить ничего сильного, яркого, фантастического. Пустыня — не то место, куда стоит ехать за сильными ощущениями. Лучше попробовать какую-нибудь вулканическую зону типа Камчатки или, скажем, гейзеров Исландии.

«СП»: - Что явилось полной неожиданностью, чего ты не мог предусмотреть во время подготовки к путешествию?

- У меня была иллюзия, что большинство монголов если и не разговаривают на русском языке, то, по крайней мере, его понимают. Это заблуждение. Объяснялся, используя свои небольшие знания монгольского, и языком жестов, причем, вполне успешно.

«СП»: - Дало ли это путешествие какой-то ценный опыт, возможно, психологический, или новые знания?

- Оно укрепило убеждение, что источник моего возможного успеха, так же как и моего возможного проигрыша - главным образом находится в моей голове.

На снимках: пустыня Гоби во всем своем великолепии.

Фото Игоря Политико